Marchmont network: новости бизнеса | конференции | консалтинг
Marchmont blog Eng | Рус

среда, 9 марта 2011 г.

Хорош был лозунг, да помер рано…

На днях исполнилось 80 лет Михаилу Сергеевичу Горбачеву. Политик, в глазах всего мира ассоциирующийся с концом «холодной войны», своим соотечественникам более всего запомнился по слову «перестройка».

Не все, однако, помнят, что до перестройки был у Горбачева другой лозунг – «ускорение», или «ускорение социально-экономического развития страны». Неплохой лозунг, вполне перекликающийся (особенно с учетом «разницы во времени») с сегодняшней «модернизацией». Прожило, однако, ускорение совсем недолго: буквально через год это слово перестали упоминать. А жаль. Ведь лозунги – это очень важно, это то, что задает вектор действия элит по решению задач общегосударственного масштаба, и то, что не в лозунгах, а, например, в программах уже не сформулируешь – слишком длинно, чтобы быть доходчивым.

Такова, увы, судьба большинства общегосударственных лозунгов в России: они долго не живут. А помните, в начале этого века был лозунг «удвоения», точнее, удвоения ВВП? Ведь замечательный лозунг, особенно если учесть, что, по прогнозам, демографическая ситуация в России не предвещала рост населения. Таким образом, он означал и удвоение ВВП на душу населения, что по-простому можно было переложить как цель сделать среднего россиянина в два раза богаче.

И этот лозунг быстро забылся. Еще до забвения было много насмешек и рассуждений о его нереалистичности. А ведь было бы полезнее вместо обвинений в нереалистичности в текущей ситуации подумать о том, что следовало бы переменить в законодательстве, правоприменительной практике и прочая, чтобы он стал реалистичным. И была бы тогда всем от этого великая польза.

Увы, нечто подобное наблюдается и в жизни многих российских компаний. Люди записывают себе в качестве стратегического видения зовущий лозунг и забывают про него назавтра. Не потому ли так мало пока в России великих компаний…

Зачем каждому россиянину Интернет быстрее, чем у Барака Обамы?

Немного найдется в мире стран, так много говорящих о модернизации и инновациях, как нынешняя Россия. Реальность, правда, несколько отличается от заявляемых целей. Между желаемым и воплощением желаемого все еще труднопреодолимая пропасть. В то время как один только Microsoft выдает за год три тысячи новых патентов (данные прошлого года), двадцати двух крупнейших госкорпораций России суммарно хватает всего на одну тысячу – не показательно ли?.. Подумалось, а станет ли вообще модернизация чем-то большим в России, чем политическая мантра, которую без устали повторяют президент и премьер…

Читал я недавно одну интересную статью про Южную Корею.

У всех стран разные стратегии развития, и вопрос всегда в том, куда стратегия ведет. Южная Корея выбрала для себя путь лидера инноваций и технологий, и вот недавно одному молодому преподавателю выделили бюджет в 25 млрд долларов на увеличение скорости доступа в Интернет для всех южнокорейских семей до 1 Гбайт/с. Когда об этом узнал американский президент, он вынужден был признать, что при таком развитии событий у каждой семьи в Южной Корее будет более быстрый Интернет, чем у Белого дома. Я так полагаю, что речь идет о впечатляющих скоростях, и в своих блогах на Twitter или Facebook любой житель Южной Кореи сможет загружать файлы за одну десятую миллисекунды, в то время как Барак Обама – за целую миллисекунду.

Это острейшая конкуренция, и спрос на большую эффективность жизни внутри страны – катализатор развития этой страны. Россия приняла эту новую мантру, и хорошо, что она так сделала, потому что другого выбора у страны нет. Надо присоединяться к процессу.

Но теперь пора демонстрировать и результаты. Ведь нынешние молодые не потерпят десятилетий стагнации, как было в брежневскую эпоху. Мы живем в открытом мире, Россия более не является подводной лодкой подо льдами Арктики. Страна ведет бизнес со всеми, и молодежь это знает.

Конечно, существует мощная оппозиция вступлению в ВТО, реальной защите интеллектуальной собственности, модернизации и пр. И это понятно: с наступлением подлинной модернизации ее противники рискуют потерять слишком много. Ведь люди делают деньги и в светлые, и в смутные времена, и в застой, и в перестройку. Кто-то никогда и не прекращал их делать. Вопрос только в том, кто они, эти люди, как много они зарабатывают, а еще – к какому поколению принадлежат.

Мне кажется, что пока высшее руководство страны подталкивает молодежь к тому, чтобы стать «толкачами» модернизации. Но придет время, и придется не только подтвердить верность курсу, но и отчитаться ощутимыми результатами.

В 70-е годы прошлого века подобную неблагодарную работу взвалила на себя в Британии Маргарет Тэтчер. Господи, да против ее планов модернизации экономики ополчились тогда буквально все: и профсоюзы, и Академия наук, и политическая и интеллектуальная элиты! Но она продолжала неустанно, день ото дня, «петь свою мантру» на телевидении для всех, кто утруждал себя тем, чтобы послушать ее. И со временем набралось достаточное количество людей, поверивших ей, и стала возможной реализация ее планов. Она провела нужные ей законы, изменила менталитет и заложила основы для создания нового общества.

А готова ли политическая элита России твердо идти заявленным курсом? Заявить курс – это, конечно, прекрасно, но если через пару лет эта мантра сменится новой и возникнет какая-то еще идея, тогда все безнадежно. Если же путеводная звезда не сменится, если будут приняты нужные законы, которые дадут инноваторам и инвесторам стимул вкладываться в модернизацию экономики, если благодаря налоговой политике владельцы бизнесов в России будут заинтересованы в инвестициях в собственные активы, что создаст внутренний рынок инноваций, – вот тогда у страны будет более чем реальный шанс стать со временем инновационным лидером планеты. Креативность в народе всегда была и никуда не делась, инновации возможны. Да, барьеры, в том числе культурные, пока высоки, но потенциал сохраняется.

Итак, нужен ли каждой южнокорейской семье доступ в Интернет на скорости 1 Гбайт/с? Конечно, нужен. И американской нужен, и российской. А что при этом такие закрытые страны, как Куба или Северная Корея? Они усугубляют свое отставание.

Страны, которые продвигаются вперед, будут продвигаться ускоренными темпами. Те же, кто задержался в прошлом, продолжают терять шансы когда-либо из него выбраться. Нет у России альтернатив, кроме присоединения к лидерам. А это означает инвестиции не только в приличные дороги, на которых не перевернется грузовик и люди в состоянии будут проехать из точки А в точку Б, но и в инфраструктуру в широком смысле: в энергосети, в электронные сети, в Интернет, пр. Инфраструктура экономики XXI века – это в первую очередь легкость и скорость в перемещении людей и информации.

Если Россия подкрепит свои заявления – назовите их мантрой, если хотите, или лучше заявленной стратегией – реальными деньгами, настоящей инфраструктурой и работающими законами, привлекающими частные инвестиции, у страны будут все возможности для того, чтобы добиться успеха. Я желаю ей этого.